Поместить в избранное





Анонсы
  • Признать вменяемым. Повесть. >>>
  • Выставка "По следам Шагала" в Гомеле >>>
  • Книга Г. Подольской в Российской Государственной библиотеке искусств >>>
  • Книга Г. Подольской в Российской Государственной библиотеке искусств >>>
  • Роман Гершзон:"Искусство Израиля освящено великим Шагалом" >>>


Новости
Новая книга Галины Подольской "Современное израильское... >>>
В Витебске открылась выставка "По следам Шагала в... >>>
В Мадриде открылась крупнейшая выставка работ Марка... >>>
читать все новости


Произведения и отзывы


Случайный выбор
  • Цвет звука. Борис Гейман  >>>
  • Илья Хинич. Витебские мотивы  >>>
  • Через тысячу солнечных лет  >>>

Анонсы:

Анонсы
  • "Раскинулось море широко" - современное переложение песни >>>
  • Дэвид МакНил о своём детстве и своём отце Марке Шагале, о потолке парижской Оперы Гарнье и о сложных отношениях своего отца с Пикассо* >>>
  • Роман Гершзон "Юбилею Марка Шагала посвящается" >>>
  • Москва 2012. Художественный вояж >>>
  • Шагаловские вечера в Иерусалиме. 2012 >>>


Новости
Аркадий Барнабов приглашает на свою персональную... >>>
Шагаловские вечера в Иерусалиме. 2012 >>>
КОНКУРС на Бесплатное участие в Международном Фестивале... >>>
читать все новости


Галилейская Мона Лиза: Романтическая комедия-мюзикл в 2-х действиях с прологом

Автор оригинала:
Галина Подольская

 

 
 
      
Действующие лица
 
Галилейская Мона Лиза
 
Александр – аспирант кафедры археологии Еврейского университета
Профессор археологии Еврейского университета
Трое студентов-археологов
Лиза – студентка-археолог из России
 
Римский Мастер-мозаичист 
Римский наместник в Галилее
Человек по прозвищу Смальтострат   
 
Мозаики – хор (за сценой) и балет
 
Иудеи, римляне и студенты – хор и театрализованный фон.
 
 
Рассказанные события происходят в Галилее, в Дикейсарии периода Римской империи, и в израильском Ципори 90-х годов ХХ в.
 
Пролог
 
Занавес еще не открыт. Звучит голос Римского Мастера:
 
       В Вавилонском Талмуде сказано:
«И почему сей град зовется Ципори?
Потому что восседает он на вершине горы, как птица».
А когда ты чувствуешь себя птицей, ты мечтаешь.
 
Сцена 1
 
      Ципори в 1 в.до н.э.- 2 в.н.э. Римляне завоевывают Ципори – главный город Галилеи.
 
Иудеи(в библейских хламидах, плач):
 
О, несчастные мы! Зловещим градом
Римские стрелы сразили наш город
Огненной дланью!
 
Мы были птицами на вершине холма,
А теперь мы – рыбы,
Выброшенные на берег из моря Галилейского.
 
Мы стали рабами раскаленной силы,
От которой нет нам, иудеям, спасения,
Что будет с детьми нашими?
 
Мы жили в приюте своем голубином,
Но потеряли Храм заповедный,
Что станет теперь с нашей верою?
 
Римский военачальник (облаченный в сияющие латы и в шлем с алыми перьями. С воодушевлением):
 
Ликуй, Галилея! Хозяин твой прибыл!
Моря Галилейского достойный правитель.
Славься, император, славься!
Славься Рим-победитель!
Славься, Юпитер, славься!
Славься Рим-победитель!
 
 (Торжественно обращаясь к побежденным)
 
Вам, выпало высшее счастье:
Рима победная колесница
Теперь у вашей оливы.
Отныне Вы еще одна Рима столица.
Славься Великий Рим-победитель!
Славься Галилейская столица.
 
Иудеи (плач, переходящий в проклятие римлянам):
 
Скорбь иудейская! Ты горишь эхом гор Галилейских.
За смерть наших близких
Мы молим о гибели Рима.
 
Матери рвут дрожащей рукой одежды,
И не познавшие ласки юные девы
Вдовами стали.
 
Скорбным дождем проливаются слезы наши.
И, как Кинерет в разливе,
Кровью евреев залита земля.
 
Горе, о горе, нам, несчастным!
 
Ярости волн ненасытных и грозной грозы полны,
Воины римские сокрушили нас
На земле нашей.
 
И, как открытая рана, кровоточит
Город олив и маслин,
Ципори осиротевший.
 
Пусть трижды медная грудь воинов римских ослабнет!
Пусть женщины Рима станут бездетны!
И да покинет Рим сила победы!
 
Римский военачальник, ставший наместником (пытаясь убедить побежденных):
 
- Иудеи, отбросьте печали!
Вспомните заповеди своих мудрецов.
Ваша вера останется с вами,
Как сердце ваше, - вера отцов.
Славься, Рим-победитель,
И сердце ваше – вера ваших отцов.
 
И детей, как и прежде, растили,
Вы будете также растить!
Будете жить так, как жили,
И заветы еврейские чтить.
Славься, Юпитер, славься,
Чтоб детей вам своих сохранить!
 
Град нарекаю - Дикейсария –
Столица Галилейская - новый Рим. 
В пустыне гневной, в пурпурной славе,
Малый Рим станет непобедим.
Дикейсария, славься!
Рим Галилейский станет непобедим.
 
Иудеи (с покорностью, когда уже не выбирают):
 
- Наш Циппори – Дикейсария?
Столица Галилейская - пурпурный Рим? 
Мы, иудеи, будем с верой нашей?
Наш Ципори, как Рим, станет непобедим?
Детей своих вырастим с верою нашей?
Ради детей, мы согласны, Рим!
 
Римский наместник (оглашает римскую программу):
 
- Дикейсария!
Ты станешь городом римской и иудейской мысли, городом римских философов и иудейских мудрецов. Здесь будут почитаться законы римлян и иудеев.
Здесь будут римские школы и иудейские синагоги.
Здесь будут римские бани, бассейны и еврейские миквы.
Рим принесет сюда свою культуру, поощряя культуру иудеев, во имя славы и процветания Римской империи, которая должна быть сильной миром и взаимопониманием с народом, ставшим ее частью.
Сюда прибудут лучшие архитекторы и мозаичисты из Рима.
Римские мастера увековечат своим искусством Дикейсарию. 
 
 
Сцена 2  
 
Дикейсария 2 в.н.э. – город, очертания которого побуждают к фантазии даже скептиков. Улицы города, по обе стороны украшенные колоннадами. Смальтами выложены полы центральных зданий города и тротуары Дикейсарии. Римский Мастер-мозаичист выкладывает мозаики, используя римские и иудейские сюжеты. Сейчас он завершает свою Афродиту, которую в 20 в. израильтяне назовут «Моной Лизой из Ципори». Но наша история уже началась.
 
Римский Мастер-мозаичист
 
По Зодиаку сегодня – Дева.
О звезды! Смальты сами ведут мою руку!
Они сами складываются в образ милый.
Афродита! Нет, моя Елизавета!
Но почему я называю тебя именем, как называют иудеи своих дочерей? (обращаясь к изображению)
 
       Волна к волне всегда полна влеченья.
От глаз к глазам неисчерпаем свет.
И вечны в вечности летящих лет
Мозаики бессмертных откровений.
 
Здесь дольний путь далеких сновидений
Лишь для мечты отчаянной открыт.
Здесь Мона Лиза душу исцелит
Улыбкою в безумье дерзновений.
 
Собой спасая мир от всесожженья
Средь бренной немоты и суеты,
О, Мона Лиза, мера красоты,
Храни себя для новых поколений.
 
Я сердце дал тебе в миг вдохновенья,
Мой светоч в вечности летящих лет!
Волна к волне всегда полна влеченья,
От глаз к глазам неисчерпаем свет.
 
- Ты – залог прекрасного в мире. Ты здесь навеки. Мое сердце в тебе.
 
Римский Мастер умирает на мозаиках у изображения своей Моны Лизы, словно переступив грань дозволенного в бытии художника.
 
Сцена 3
 
       И вот однажды, откуда ни возьмись, в Дикейсарии появляется неизвестный человек в нищих отрепьях по прозвищу Смальтострат. Он пристально рассматривает мозаики, останавливаясь на изображении Моны Лизы. И вдруг им овладевает безумное желание «унести» с собою смальтовую красавицу.
 
Смальтострат
 
Чтобы глаз не расчислил любопытный,
Чтоб язык не расплетничал лукавый,
Унесу тебя, Мона Лиза,
Стань моею любовью и славой.
 
Лишь тебе мои поцелуи,
Что заставят смальты зажечься!
Моя страсть – раскаленный Негев,
Став песчинкой, легко отречься.
 
Ты не знаешь моих губ ненасытных,
Словно тысяча войн-борений.
Лишь тебе - потайные объятия,
Как оракула мира творенье.
 
Чтобы глаз не расчислил любопытный,
Чтоб язык не расплетничал лукавый,
Унесу тебя, Мона Лиза,
Стать моею любовью и славой.
 
Он распахивает свои хламиды, обнаруживая орудие варварского замысла – тяжелый молот.
Но мозаики, обретшие душу Римского Мастера, были живыми.
 
Мона Лиза (с мозаик)
 
- Не спорь с вечностью! Безумец! Я здесь – навеки!
 
 И смальты, подхватив ее голос, зашептали:
 
- Навеки, навеки, навеки… (фоновый шепот по нарастающей)
 
Мозаики (хором)
 
- О Смальтострат! Ты ослеплен не мечтою,
 Ты жаждешь славы, как жаждал ее Герострат.
 
Смальтострат
 
- Но я хочу ее.
 
Мозаики
 
- О Смальтострат! Оставь свои бредни, безумный,
Жаждущий славы, ты сам ослепляешь себя.
 
Смальтострат
 
- Но я хочу ее, чтобы скрыть от глаз любопытных!
 
Мозаики
 
- О Смальтострат! Отступись от пагубной страсти,
 Ты – лишь забава в руках бесноватой Фортуны.
 
Смальтострат
 
- Но я хочу ее, хочу, чтоб не ласкали ее лукавые речи, она должна быть только моею!
 
Мозаики
 
- О Смальтострат! Нас охраняют чуткие звезды,
   Тебя ж ожидает немилость ревнивых небес.
 
Смальтострат
 
- Как вы смеете, каменные пластинки, возомнившие себя могуществом Галилеи,
    Мне угрожать? У меня в руках молот и моя сила!
 
Мозаики
 
- Знай, нет пощады тому, кто решил нас разрушить.
 В звездных чертогах душа человечья горит,
 Что отдана добровольно за бренную сушу.
 И на века Мастер смальты свои сохранит!
 
Смальтострат (речитатив)
 
- То, что для вас - человечество,
   Для меня – пыль земная.
   Знайте, если Мона Лиза не станет моею,
   Она не будет принадлежать никому! (Начинает разбивать мозаики)
 Удар, первый, второй, третий, четвертый, пятый, еще удар…
   Вы слышите? Вы чувствуете, что за мной – сила.
  
 И крошатся прекрасные мозаики под ударами Смальтострата. И стонут они, взывая к небесам (за сценой хор-ламентация). И слышат их чуткие небеса, посылая бурю, которая уносит Смальтострата неизвестно куда, а также развеивает по миру осколки выбитых им смальт (оркестровая с голосовыми и сценическими эффектами). Звучит голос Римского Мастера.
 
Голос Римского Мастера
 
- Мистические смальты, тысячелетия они будут кружить по свету, наделяя людские сердца поиском прекрасного в мире.
Романтики, жаждущие красоты и любви, отчаянно мечтайте!
И вам откроется душа погребенного временем города!
И, преодолев толщу лет, станет по силам, войти в жизнь древних мозаик Божественной Цесарии!
 
Волна к волне всегда полна влеченья.
От глаз к глазам неисчерпаем свет.
И вечны в вечности летящих лет
Мозаики бессмертных откровений.
 
Вместе с налетевшею бурей мудрое время погребает город, сохранив его тайну на тысячелетия.
 
Действие первое
 
Сцена 4
 
             Конец 20 века. Археологические раскопки на территории Дикейсарии, вновь переименованной в Ципори. Студенты-археологи на раскопках работают лопатами, шпателями и т.п.
 
Студенты (свободно)
 
- В скучные минуты Бог создал институты,
И Адам студентом первым был.
Адам был парень смелый, ухаживал за Евой,
И Бог его стипендии лишил.
 
У Адама драма – вызвали Адама
На проверку в божий деканат.
И на землю прямо выгнали Адама,
Так пошли студенты, говорят…
 
Появляется Профессор.
 
 Студенты (весело, как в комической опере, но с очень серьезным видом))
 
1
Студент первый
 
- Ищем, ищем день за днем.
 Ищем, ищем – не найдем.
 
Студент второй
 
- От лопаты до руки –
Черепки да черпаки (извлекая из песка какие-то предметы).
 
Студент второй
 
- Но они, как аз и буки,
Только стоит взять их в руки.
 
(складывают найденные части осколков)
 
Студент первый
 
- Раз, два – голова,
 
Студент второй
 
- Три, четыре – прицепили,
 
Студент третий
 
- Пять, шесть – руки есть,
 
Студент первый
 
- Семь, восемь –
 
Студент второй
 
- ноги сносим.
 
2
 
Студенты (хором)
 
А вот знаки, как глухие,
Иероглифы такие (очищая щеточкой отрытую плиту).
Сами черные, кривые
Да косые, да немые.
Но как выстроим их в ряд,
Так в момент заговорят.
 
Студенты складывают найденные части осколков.
 
Студент первый
 
- Раз, два – голова,
 
Студент второй
 
- Три, четыре – прицепили,
 
Студент третий
 
- Пять, шесть – руки есть,
 
Студент первый
 
- Семь, восемь –
 
Студент второй
 
- ноги сносим.
 
Профессор археологии Еврейского университета (обращает внимание на важность обучения в жизни студента. Звучит тема сухой науки).
 
1
- Ученья корень –
Горек он.
Но сладок плод,
Коль ты учен.
 
Павлин хвастлив
Своим пером,
Ну, а студент -
Своим умом.
 
Коль счастлив ты,
Наука - честь.
В беде -
Так утешенье есть.
 
Чтоб жизнь достойную
Прожить!
Сначала надобно
Учить!
 
(широко, с чувством)
Но вот однажды мир перевернется!
Кто пьет ученье, разом не напьется.
Дна не достичь бездонного колодца!
Все оттого, что мир перевернется!
 
2
Но знают все,
Что нелегко
Постичь ученье
Глубоко.
 
А потому
Ученику
От сих до сих
Всегда к звонку
 
Быстрее молнии
В тетрадь
Престало
Лекции писать.
 
И мысль профессора
Зубрить,
Чтоб первым
На занятьях быть.
 
(широко, с чувством)
Но вот однажды мир перевернется!
Кто пьет ученье, разом не напьется.
Дна не достичь бездонного колодца!
Все оттого, что мир перевернется!
 
На какой-то момент прерывается, но туту же вспоминает, что не завершил мысль.
 
- Итак, друзья мои, продолжим, к делу.
 
3
Ученья корень -
Горечь ран,
Но без ученья
Ты баран.
 
Коль преуспеть -
Необходим
Железный день,
Стальной режим.
 
Плоды науки –
Это честь.
И для карьеры
Стимул есть.
 
Наука – мука,
Может быть,
Но скука –
Знанья не любить.
 
(широко, с чувством)
Но вот однажды мир перевернется!
Кто пьет ученье, разом не напьется.
Дна не достичь бездонного колодца!
Все оттого, что мир перевернется!
 
Студенты-археологи внемлют каждому его слову. Авторитет Профессора для них непререкаем. Но лишь Профессор удаляется, как «веселые студенты» продолжают излюбленную от веков «археологическую песню».
 
Студенты
 
- От Евы и Адама пошел народ упрямый –
Археологический народ.
От сессий и до сессий студент бывает весел,
А археолог плюс в отвал идет!
 
А есть, представьте, люди, которые нас судят.
Ну, что за несознательный народ!
С наше поучите, с наше позубрите,
С наше походите на зачет!
 
Сцена 5
 
       Лишь аспиранту Александру скучно. Его уже не вдохновляет бесконечно рыть и ничего не находить.
Солнце печет без устали. Отдалившись от группы, он глотнул несколько глотков из фляжки и уснул под тысячелетней оливой, вспоминая, с каким воодушевлением начинал заниматься археологией.
 
Александр романтическим пылом)
 
1
- Археология, романтика моя,
Была, как муза, смыслом бытия.
Еще была бессонницей моей,
Впуская в мир неведомых теней.
 
Я жил, как будто вне житейских волн
Мечтою в жизнь столетий погружен.
Но этот мир – мой тайный океан,
Он мой родник и он источник ран.
 
(мечта как жизненная установка)
 
О, теорий сухих фолианты,
Вы губительно правы, но вспять!
А таланты встают на пуанты,
Чтоб мечту, как любовь, не предать.
А таланты встают на пуанты,
Чтоб мечтою своей не играть!
 
2 романтическим пылом)
 
Но шпатель вместо шпаги получил –
И улетучился ребячий пыл.
И скука, и песок седой угрюм,
Хоть и хранит историй древних шум.
 
И пиром правит века колея,
Но судей нет и время не судья.
Но этот мир – мой тайный океан,
Он мой родник, и он источник ран.
 
 (мечта как жизненная установка)
 
О, теорий сухих фолианты,
Вы губительно правы, но вспять!
А таланты встают на пуанты,
Чтоб мечту, как любовь, не предать.
А таланты встают на пуанты,
Чтоб мечтою своей не играть.
 
      Александр засыпает.
 
Сон
 
    Александр находится в неведомом доселе древнем городе, мостовые которого выложены необыкновенными мозаиками. Он слышит со смальт женский голос.
 
Голос Моны Лизы
 
- О, Александр! Мечтатель Александр!
Не предавай свой тайный океан!  
 
1
Прислушайся к серебряной пыли!
Органзой перламутровой одеты,
Мозаики под тяжестью земли
Живут, как неоткрытые планеты.
 
Мозаики (начинают дышать, вздыхать, словно пробуждаются, спецэффекты шевеления смальт)
 
2
Мы – не легенды, мы – еще строка
В сказаниях забытых пилигримов,
Мы живы, только жизнью мотылька,
Что над цветком парит неукротимо.
 
3
Мы - жизни той и пир, и шум, и гам,
Мы – Дикейсария былых сенсаций.
Мы мотыльки, прильнувшие к цветам,
Засушенным в страницах диссертаций.
 
4
Открой нас, оживи, пускай на час,
Цветением безудержных акаций –
Мгновением, как мастер создал нас,
Из чувств и грациозных интонаций.
 
Голос Моны Лизы (словно голос судьбы)
 
- Ты, только ты, с этим городом связан судьбою.
Здесь, только здесь нам дано повстречаться с тобою!
Смальта в сердце твоем!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- Смальта в сердце моем?
 
Голос Моны Лизы
 
- Да! Да! Да!
 
Александр  (внимательно рассматривает мозаики)
 
- Но откуда?
 
Голос Моны Лизы
 
- От рождения!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- От рождения?
 
Голос Моны Лизы
 
- И навсегда!
 
Голос Моны Лизы (словно голос судьбы)
 
- То, что ты здесь, предначертано свыше судьбою.
Здесь, сквозь века, нам дано обручится с тобою!
Смальта в сердце твоем!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- Смальта в сердце моем?
 
Голос Моны Лизы
 
- Да! Да! Да!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- Но откуда?
 
Голос Моны Лизы
 
- От рождения!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- От рождения?
 
Голос Моны Лизы
 
- И навсегда!
 
Мозаики (Александру)
 
- Здесь любовь твоя, здесь!
 
Александр (внимательно рассматривает мозаики)
 
- Кто она?
 
Мозаики (Александру)
 
- Мона Лиза!
 
Александр
 
- Где она?
 
Мозаики (Александру)
 
- На смальтах здесь! (заклиная)
Взвесь свои силы, взвесь!
 
Александр
 
- Любовь моя ждет меня здесь?
 
Мозаики
 
- Мона Лиза – творенье Мастера!
Александр! Она ждет тебя здесь!
 
Мона Лиза отделяется от мозаик и материализуется, превращаясь в земную девушку.
 
Александр (потрясенный происходящим, даже если мечта - жизненная установка)
 
- О, теорий сухих фолианты,
Ты с мозаик, виденье, ответь?
Ты стоишь на небесных пуантах,
Ну, а мне пред тобою робеть!
Ты с мозаик сошла на пуантах,
О, Мадонна святая, ответь?
 
Мона Лиза (материализованная)
 
1
- Я – Мона Лиза, Мастера рука,
Я из легенд забытых пилигримов,
Я ожила, но жизнью мотылька,
Что над цветком парит неукротимо,
 
Чтоб быть любимой, пусть на миг один,
Но, утонув в цветении акаций, 
Быть грустно Моной Лизой средь руин
Былых страстей забытых декораций.
 
( возвращение к диалогу Алексанра с мозаиками)
 
О, Александр! Романтик Александр!
Не предавай свой тайный океан!
 
2
Знай, этот град, где мы с тобой сейчас.
Он не виденье, хоть и в сновиденье.
Он дышит, слышит, видит, знает нас.
И нам дарован высшим провиденьем.
 
Он к поискам других и глух и нем -
Лишь смальте в сердце город отворится,
А потому не найден он никем!
Твоя судьба в том городе свершится! (указывая, где следует искать)
 
( возвращение к диалогу Алексанра с мозаиками)
 
О, Александр! Романтик Александр!
Не предавай свой тайный океан!
 
Александр (мечта как жизненная установка)
 
- О, теорий сухих фолианты,
Ты с мозаик? Но ты – это ты!
Ты стоишь предо мной на пуантах
Из моей несусветной мечты!
Ты с мозаик сошла на пуантах,
Мона Лиза небесной мечты!
 
Александр просыпается, не в силах переключиться и понять, что же такое с ним произошло?
 
Сцена 6
 
 Отряхнувшись от полуденного сна, Александр в воодушевлении сообщает Профессору о том, что направления их поисков можно ускорить, указывая на конкретные места.
 
Александр
 
Профессор мой, я видел сон благой,
Мы рыть должны здесь, под моей ногой (указывает место).
Лишь кажется, что здесь песок угрюм,
Но в нем доподлинных историй давних шум.
 
Здесь город тот, что светится сквозь мрак.
Так Трою отыскал один чудак.
Явилась Мона Лиза мне во сне,
И сквозь века открыла тайну мне.
 
Эмоционально, с нарастающей горячностью, доходящей до максимализма.
(мечта как жизненная установка)
 
1
О, Профессор, не будьте педантом!
Да, Вы правы в своей правоте!
Но вы были, как я, аспирантом,
И стремились к своей высоте,
И талантом своим на пуантах
Приближали науку к мечте.
 
2
И стонали, как все практиканты,
На раскопках в песках, как в печах,
Позабыв о ЦУ в фолиантах,
Лишь мечту водрузив на плечах!
Нет! Науку несут не атланты,
А романтики с искрой в очах.
 
3
О, Профессор, не будьте педантом!
Да, на кафедре мнение есть…
Только были всегда дуэлянты,
Секунданты и высшая честь
Приподняться к мечте на пуантах,
Защитить и открыть ее здесь!
 
Профессор (по-философски, как воспоминание-размышление о собственном романтизме юности)
 
1
И я, как ты, когда-то был наивный,
Но не вернуть уже тот возраст дивный.
Из книг слетали праведные тени
Так осязаемо, как дрожь коленей.
 
Мечтал и ждал, что будет впереди,
И угль познанья все сжигал в груди.
И пил, как драгоценное вино,
Науки тезис, формулы звено.
 
2
И дух историй тех, не укрощенный,
Науки сухость сказкой покорял.
И я любил ученье, как влюбленный,
Тот, что летит на первый в жизни бал.
 
Науки тезис, формулы звено
Я пил, как драгоценное вино.
И угль познанья все сжигал в груди,
А я все ждал, что будет впереди.
 
Александр(мечта как жизненная установка, старается убедить)
 
Интуиция – не фолианты,
Но в науке слуги нет верней.
Она тащит тебя на пуанты
И ты следуешь слепо за ней.
Она тащит тебя в дуэлянты,
Ты не веришь себе – веришь ей!
 
Профессор (на фоне темы сухой науки)
 
- Александр! Возможно, это будет моя последняя экспедиция, поскольку твои предположения поддержат не все ученые, однако я склонен тебя поддержать. И я принимаю решение: изменить направления наших раскопок. Научная интуиция подсказывает мне, что ты прав.
 
Сцена 7
 
Студенты-археологи на месте раскопок продолжают рутинные поиски.
 
Студенты (хором)
 
1
На раскопках
Нелегко
Быть высоко,
Рыть глубоко.
 
И от зари
И до зари
Быть в форме,
Что ни говори.
 
Студенты складывают найденные части осколков.
 
Студент первый
 
- Раз, два – голова,
 
Студент второй
 
- Три, четыре – прицепили,
 
Студент третий
 
- Пять, шесть – руки есть,
 
Студент первый
 
- Семь, восемь –
 
Студент второй
 
- ноги сносим.
 
2
Стальных пружин
Стальной режим,
Как пресс и жим,
Отжим, нажим.
 
И нудно, трудно
Рыть и рыть,
Но как забытый
Мир открыть?
 
Студенты складывают найденные части осколков.
 
Студент первый
 
- Раз, два – голова,
 
Студент второй
 
- Три, четыре – прицепили,
 
Студент третий
 
- Пять, шесть – руки есть,
 
Студент первый
 
- Семь, восемь –
 
Студент второй
 
- ноги сносим.
 
Студент третий (бьет в железный предмет и громко кричит)
 
- Пе-ре-кур!
 
Студент второй
 
- Вот я здесь вчера «книжечку» одного археолога раскопал – культурный слой от прошлой экспедиции!
 
(сдувает с блокнота пыль)
 
Студент третий
 
- Ну, так, читай!
 
Садятся кружком.
 
Студент первый (читает)
 
- Раздел первый. Неписанные законы археологов. Называется «правило Работы». Неважно, где размещен отвал, все равно откапывать его придется позднее.
 
Студент второй
 
- Это неутешительно. Читай дальше.
 
Студент первый
 
- Называется «правило Плавающего репера». В любом археологическом сезоне геодезист обнаружит, что нулевой репер предыдущего археологического сезона ошибочен «плюс-минус 50 см».
 
Студент третий
 
- Ну, если это повлияет на средний балл практики, это геодезическая наглость!
 
Студент второй
 
- Читай, читай! А то, если практику все равно не зачтут, может, сразу свалить?
 
Студент первый
 
- Называется «Запомните!!!» - с тремя восклицательными знаками. Наиболее важное открытие всегда появляется в конце археологического сезона и обязательно должно быть засыпано…
 
Студент второй
 
- Как, то есть засыпано?
 
Студент первый (читает)
 
- Чтобы подвергнуться исследованию и в следующем сезоне.
 
Студент третий
 
- А мы без зачета?
 
Студент первый
 
- Сам не понимаю. Но дальше сказано (читает): Упомянутое открытие может быть и не обнаружено в следующем сезоне. Если упомянутое открытие обнаружено в следующем сезоне, что это ни что иное, как современное вторжение в слой.(Переходит на скороговорку) Если упомянутое открытие по какой-либо причине уже утрачено, то в анналах археологии будет записано, что археологи, возможно, и совершали это величайшее открытие экспедиции в неизвестное время, но по нерадивости не вписали его в общий контекст развития истории.
 
 Появляется Профессор. Студенты быстро прячут «книжечку», вновь берутся за лопаты и продолжают с серьезным видом работать.
 
Профессор (обращаясь к студентам, с пониманием неоднозначности ситуации)
 
- Помощники, коллеги, господа,
Я буду с вами честен, как всегда.
Я много думал и решил, что нам
Искать престало несколько не там!
 
Студенты (с недовольством)
 
- Как? Снова рыть?
Стальных пружин
Стальной режим,
Как пресс и жим?
 
Опять работать?
Вот так - так!
Студенты – люди
Как-никак!
 
Лишь говорят, песок уйдет усталый,
Что, мол, увидим город небывалый.
Но вот трудится нам еще немало,
Хоть Галилейский Рим, как пурпур алый.
 
Профессор (пытается убедить студентов, интонационно повторяет Александра)
 
- Я верю в вашу молодость, задор,
И в то, что в каждом жив конквистадор.
Надежда, а не горечь на устах
Вас оставляет на своих местах.
Мечта увидеть Галилейский Рим,
Уснувший на века, как древний мим.
С мечтой своею вы обручены
И очень скоро встретиться должны.
 
Студенты (скептически)
 
- Труд археолога, он благодарный,
Коли откроешь город легендарный.
А если нет, куда там пурпур алый?
Надежда – прочь, как будто не бывало.
 
К всеобщему удивлению, слои земли, почему-то поднимаются очень необыкновенно быстро. Они находят те самые мозаики, о которых говорилось еще у Иосифа Флавия.
 
Студенты (не веря собственным глазам)
 
- Труд археолога, он благодарный,
Ведь мы открыли город легендарный.
О, Галилейский Рим, что пурпур алый, -
Мечта, что жить вовек не уставала!
 
И отворилась их взгляду Дикейсария эпохи римлян.
 
Студенты (гимнически, как психологическая установка на время открытого города)
 
- О, счастливые мы! Заповедного города ключ
Отворил нам чудесные смальты
Мечты нашей!
 
Мы были рыбами, выброшенными на мертвый берег,
А теперь мы – птицы,
Влетевшие в красу града Галилейского.
 
Мы были рабами непосильного песка и лопаты,
Но теперь у нас то, что дается бессмертным,
Как вино драгоценное, что виноградник приносит.
 
Мы жили в приюте знойном, как в пустыре бессильного времени,
И не ведали счастья вечного града
И не понимали, что лишены чуда!
 
Профессор (со слезами счастья, как психологическая установка на время открытого города)
 
- Ликуйте, люди! Открыт Ципори!
Дикейсария, Малый Рим!
Археология, славься!
Славься великая наука!
Славься, Галилея, славься!
Мы победили время!
 
 (Обращаясь к студентам)
 
Мои юные коллеги!
Вам, выпало высшее счастье
Узреть, что Рима забытая колесница
Теперь у вашей оливы!
Вы, вы, мои романтики!
Вы отыскали Галилейскую столицу.
Слава вам, победителям времени!
 
Студенты (гимнически, как психологическая установка на время открытого города)
 
- Златые митры нам судьба дала
Увидеть смальт цветных многоголосье
И петь самим в многоголосье том.
 
Дикейсария! Пусть струны рвет дрожащею рукой
Орфей во славу славной Галилеи
И многоцветья вечно юных смальт.
 
Дикейсария! Винным дождем умощенная!
И, как Кинерет в разливе,
Радость мы пьем до краев!
 
Птицей певучей счастье летит над открытыми смальтами!
 
О, Дикейсария, удача всевластной мечты!
Ты, как урок суете современного мира!
Смальты живые в веках!
 
Сладко-медовой росой город умылся, как в старь,
Город олив и маслин,
Ципори воскресший.
 
Пусть трижды медная грудь
Будущих весен и зим
Да защитит наш Ципори в жизни грядущей!
 
Птицей певучей счастье летит над возрожденным Ципори!
 
Профессор (как лозунг, на фоне темы сухой науки)
 
- Да здравствует археология, напоминающая современному человеку об уровне цивилизации и культуре, достигнутой человечеством в прошлые времена.
Археология напоминает нам о том, что сам человек, в следствие захватнической политики и желания поработить друг друга утратил достигнутое.
Археология возвращает современному человеку уважение к человеческому гению прошлого.
 
Действие второе
 
Сцена 8
 
     Ночь. Александр не спит. С фонариком он ходит по раскопанному городу, любуясь мозаиками, сюжеты которых напоминают о процветании Египта и вкусах патрицианского Рима. Он словно чувствует их дыхание. Он весь в предвкушении чего-то неведомого.
 
Александр
 
- Здесь Рим и Иудея говорят –
На языке гармонии небесной
И пластикой мозаики чудесной
Далекий Нил мечтательно хранят:
 
Здесь птицы острокрылые летают
И горд изгиб кувшинковых листов,
Гиппопотамы грузные гуляют,
Не ведая мозаики оков.
 
Мозаики (застывшие мозаики начинают шевелиться)
 
- Ты пробудил нас. Мы живы, живы, живы… (фоновый шепот по нарастающей)
 
Александр
 
- Они слышат меня! Они просыпаются!
 
Застывшие мозаики оживают в балетных номерах. Возможные номера балета:
 
- Еврейские мудрецы.
- Игры Диониса (пир как пьяное похмелье).
- Жертвоприношение Авраама.
- Римские сцены охоты.
- Дом Нила (царица Египта восседает на гиппопотаме, можно уточнить детали для постановки).
 
Оживают все, кроме одной, той самой, чей голос он слышал во сне, - той, которая поразила его сердце. Александр подходит к изображению юной римлянки и умоляет ее ожить вместе со всеми.
С замиранием сердца Александр бродит по Дому Нила в ожидании своего чуда.
 
Александр (ария возможна на фоне балетной пантомимы)
 
1
Что за истома душу наполняет?
Оцепененье чувств или недуг?
То лотос мне головкою кивает,
И в волны Нила погружаюсь вдруг.
 
Раскрылся лотос – розовый фламинго,
Расправив свои крылья-лепестки.
И пронеслись быстрее бега динго
Века, сливаясь в мареве реки.
 
Припев
 
На царственной груди у Нефертити
Сияет лотос пламенем мечты, –
И Божество проснулось! Посмотрите,
Со смальт сверкают нильские цветы,
Что отреклись от векового сна?..
Лишь Мона Лиза к ним пригвождена!
 
2
 
О лотос, ты веками был священный,
Ты чистотой индусов одарял.
И Вишну многорукий вдохновенно
На лепестках, как троне, восседал.
 
Дай жизнь векам, стремящимся как динго,
О лотос, распростерший лепестки!
Дай жизнь горящей пламенем фламинго,
Дай Моне Лизе вздох своей реки!
 
Припев
 
На царственной груди у Нефертити
Сияет лотос пламенем мечты, –
И Божество проснулось! Посмотрите,
Со смальт сверкают нильские цветы,
Что отреклись от векового сна?..
Лишь Мона Лиза к ним пригвождена!
 
Чудо свершается. Мона Лиза оживает.
 
Александр (речитатив чуда)
 
Прозелень ящерки в глазах-маслинах –
В этих глазах - неведомый свет,
Улыбкою тронут рот невинный,
Тебя прекраснее в мире нет!
О, Мона Лиза! О, Мона Лиза! О, Мона Лиза!
Прозелень ящерки в глазах-маслинах… О, Мона Лиза!
 
Внемля мольбам и заклинаниям Александра, Мона Лиза отделяется от мозаик и оживает.
 
Мона Лиза
 
- О, Александр! Мечтатель Александр!
О, как прекрасен жизни океан!  
 
1
Люблю тебя, как птичий шум и гам,
Твой мир без полумер и середины,
Где бабочки стремятся не к цветам –
Летят к огню, сгорая в миг единый.
О, как прекрасен жизни океан, пусть в миг единый!
 
2
Я чувствую, что я твоя строка,
Твоей судьбы, не сказок пилигримов.
Ты оживил меня, как мотылька,
К тебе лечу на свет очей, любимый!
Лечу на свет очей, на свет твоих очей, любимый!
 
3
На смальтах можно жить, лишь не любя,
А жизнь течет. И все проходит мимо.
Я в тех столетьях знала про тебя.
Я сквозь века, ждала тебя, любимый.
Я в тех столетьях знала, я ждала сквозь века - тебя!
 
4
Я задыхаюсь в лотосах веков,
Как в шторах запыленных декораций.
Хочу с тобой без смальтовых оков
Быть, замирая, в запахах акаций.
Без смальтовых оков! Без смальтовых оков! В акациях! С тобою!
 
Александр
 
- О, Мона Лиза! Мы с тобой созданы друг для друга!
Небом клянусь, что мечтаю твоим стать супругом!
 
Мона Лиза
 
- Смальта в сердце твоем!
 
Александр
 
- Смальта в сердце моем?
 
Мона Лиза
 
- Да! Да! Да!
 
Александр
 
- Но откуда?
 
Мона Лиза
 
- От рождения!
 
Александр
 
- От рождения?
 
Мона Лиза
 
- И навсегда!
 
Мона Лиза
 
- О, Александр! Мы с тобой созданы друг для друга!
Небом клянусь, что хочу стать твоею супругой!
Смальта в сердце твоем!
 
Александр
 
- А у тебя – сердце!
 
Мона Лиза
 
- Сердце?
 
Александр
 
Да! Да! Да!
 
Мона Лиза
 
- Но откуда?
 
Александр
 
- От рождения!
 
Мона Лиза
 
- От рождения?
 
Александр
 
- И навсегда!
 
Мозаики (удивляясь, шепот по нарастающей)
 
- У Моны Лизы есть человеческое сердце? Человеческое сердце… Человеческое сердце…
 
Александр
 
- Я знаю!
 
Мона Лиза
 
- Я чувствую!
 
Александр
 
- Оно здесь! (наклоняет голову и прикладывает ухо к ее груди)
 
Мона Лиза
 
- Оно бьется! Бьется, как у людей!
 
Мона Лиза и Александр, крепко взявшись за руки, просто ушли гулять по Галилейским холмам.
 
Сцена 9
 
 Утро. Появляются веселые студенты. Открывают найденную «книжечку», неожиданно ставшую для них и и развлечением и наставлением одновременно..
 
Студент первый
 
- Наименее обученная команда археологов всегда сделает наиболее важное открытие!
 
Студент второй
 
- Это про нас!
 
Студен первый
 
- Мелким почерком. Поправка первая. Если вы не знаете, что открыли, не делайте записи в полевом дневнике. Поправка 2. Как только ошеломляющее понимание того, что открытие не было никем ранее открыто, заставит вас сделать запись в полевом дневнике и доложить в вышестоящие организации, Инспекция из Отдела древностей и уже не позволит вам далее продолжить свое открытие! Поправка 3.
Именно в этот момент, когда вы будете объясняться с Инспекцией, неожиданно появится какой-нибудь рабочий не из вашей экспедиции с частями свежерасколотых обломков реквизита, и вас спросят: «А что это такое?»
 
Студент третий (втискивается между ними)
 
- Поправка со звездочкой. Чем более опытный руководитель и чем более опытная команда археологов, тем больше глупых «обломов» они могут допустить.
 
Хором
 
- Ну-у-у!
 
 Археологи приходят на место раскопок, обнаруживают, что изображения Моны Лизы нет на прежнем месте. (Это действие развивается по законам комической оперы).
 
Студенты (недоумевая)
 
Как пропала? Вдруг пропала?
Будто вовсе не бывало!
Так вчера ж еще была!
А сегодня, как сплыла!
Как так можно? Осторожно!
Да такое невозможно!
 
(складывают найденные части осколков, исполняют в разбивку в свободном порядке)
 
Раз, два – голова.
Три, четыре – как? Зарыли?
Боже! Пьяны без вина!
А вообще была ль она?
 
2
 
Буквы выстроились в ряд,
Но, как рыбы, все молчат.
Не дает Геракл ответ,
Что же Моны Лизы нет?
Все на смальтах, тут как тут.
Только пуст ее лоскут!
 
 (складывают найденные части осколков, исполняют в разбивку, в свободном порядке)
 
Раз, два – голова.
Три, четыре – как? Зарыли?
Боже! Пьяны без вина!
А вообще была ль она?
 
Появляется Профессор. Он не понимает, что произошло с участниками экспедиции? Почему они не рады результатам их находок? Почему студенты едва ли не шарахаются от него? Он начинает вновь говорит о важности их миссии.
 
Профессор
 
- Наши находки – это событие государственной важности.
Они представляют серьезный вклад в историю мировой культуры.
Эта экспедиция стала испытанием для вас – испытанием на верность избранной специальности.
 
Студенты с уважением внемлют каждому его слову, боясь сообщить о том, что произошло. Потом знаками показывают на место, где прежде была Мона Лиза.
 
Студенты (эпически, подобно плачу иудеев)
 
- О, несчастные мы!
Заповедных мозаик святыня
Исчезла, будто не было вовсе ее!
 
Мы были рабами галилейской иллюзии!
Из красы открывшегося града
Мона Лиза вылетела птицею!
 
И теперь мы вновь рабы песка и лопаты,
Потому что утратили счастье вечного града
И вновь лишены чуда!
 
Пусть трижды медная грудь
Будущих весен и зим
Да защитит наш Ципори в жизни грядущей!
 
 
Профессор (трагически, со слезами отчаяния)
 
- О, Дикейсария! О, Малый Рим!
Зачем ты так насмеялся
Над сединами старой оливы?
О, Мона Лиза, смысл моей жизни,
Рима перевернутая колесница,
Ты победила время!
 
Потрясенный, Профессор падает без чувств.
 
Студенты в недоумении, что им вообще теперь делать на практике? Они садятся уголок, открывают заветную «книжечку» и по очереди читают:
 
Студент первый
 
- Из «Общих наблюдений» на археологическом раскопе.
 
Студент второй (почесывая затылок)
 
- Если три профессора своего университета с полевым стажем разобьют сетку квадратов на раскопе, позднее обнаружится неисправимая ошибка.
 
Студент третий (иронически)
 
- Поправочка! Но эта ошибка обнаружится только при написании отчета.
 
Студент первый (насупив брови)
 
- Если три приглашенных профессора с полевым стажем работ разобьют сетку на раскопе, позднее обнаружится неисправимая ошибка.
 
Студент третий (иронически)
 
- Поправочка! Но эта ошибка обнаружится только на международной конференции.
 
Студент второй
 
- Если три студента, сдавшие зачет, но без полевого стажа разобьют сетку на раскопе. Позднее, а иногда и в кратчайший срок ошибка будет обнаружена руководителем экспедиции, несущим ответственность за знания студентов.
 
 Студенты (эпически, подобно плачу иудеев)
 
Птицей-печалью несчастье летит над одиноким Ципори!
 
Сцена 10
 
 Голилейские холмы. Яркое солнце. Яркое небо. Яркая зелень.
Мона Лиза и Александр наслаждаются обретенным счастьем. Вся сцена – с установкой на максимализм.
 
Александр
 
- Это наша любовь!
 
Мона Лиза
 
- Это наша любовь!
 
Александр
 
- Это наш мир!
 
Мона Лиза
 
- Это наш мир!
 
Вместе
 
- Здесь!
 
Мы, только мы – птицы холмов Галилеи.
Нам, только нам судьба здесь любить повелела.
В иудейских оливах мечты,
На римской хмельной колеснице
Парить, не боясь высоты,
Словно птицы!
Холмов галилейские птицы!
 
Александр
 
- Галилейские птицы!
 
Мона Лиза
 
- Галилейские птицы!
 
Александр
 
- Галилейские птицы!
 
Мона Лиза
 
- Галилейские птицы!
 
Вместе
 
- Мы!
 
Александр
 
- На вершине!
 
Мона Лиза
 
- На вершине!
 Не похожей на вершину Рима!
 
Александр
 
- Потому что это наша вершина любви!
 
Мона Лиза
 
- Потому что это наша вершина земли!
 
Александр
 
- И мы любим здесь!
 
Мона Лиза
 
- Мы любим здесь!
 
Александр
 
- Мы!
 
Мона Лиза
 
- Мы!
 
Вместе
 
- Мы!
 
Неожиданно погода меняется (предвестие бури).
 
Голос Римского Мастера
 
- Волна к волне всегда полна влеченья.
От глаз к глазам неисчерпаем свет.
О, Мона Лиза, ты сквозь вечность лет
Лишь здесь должна быть вечным откровеньем.
 
Александр
 
- Нет! Останься со мной!
 
Мона Лиза
 
- Я с тобой! Я с тобой!
 
Александр
 
- Ничего не страшись,
Пусть любовь, как прибой!
 
Мона Лиза (с сомнением и боязнью)
 
- Как? С мозаик уйти?
 
Александр
 
- Я с тобою в пути!
 
Мона Лиза (приняв окончательное решение, утвердительно)
 
- Да, с любимым базальт
 
Александр
 
- Под ступнею, как альт.
 
Мона Лиза
 
- Пусть меня обовьет
Рук жасминовый куст.
 
Александр
 
- И пусть губы сожжет
Поцелуй твоих уст.
 
Голос Римского Мастера (с гипнотизирующей настойчивостью)
 
- Но лишь тебе хранить от всесожженья
Дано весь мир средь бренной суеты!
О, Мона Лиза, мера красоты,
Я жизнь в тебя вдохнул для поколений.
 
Мона Лиза
 
- Но я не хочу возвращаться на смальты!
 
Голос Римского Мастера
 
- Я сердце дал тебе в миг вдохновенья,
Чтоб светочем сиять в пространстве лет!
Волна к волне всегда полна влеченья,
От глаз к глазам неисчерпаем свет.
 
Мона Лиза
 
- Я не хочу быть на смальтах! Не хочу! Не хочу! (с плачем)
 
Голос Римского Мастера (эпически)
 
- Вернись! Ты – залог прекрасного в мире. Ты обязана здесь быть навеки. Мое сердце – в тебе.
 
Мона Лиза (вдруг вспоминая о Смальтострате)
 
- Ты для меня, что Смальтострат безумный.
Иудеи назвали сей град Ципори – Галилейская птица, что восседает на вершине горы… (неожиданно переосмысливая, понимая полную безвыходность сложившейся ситуации, трагически)
Я – птица, распластанная на этой вершине…
Я – Галилейская птица, прикованная смальтами Римлянина…
 
Рыдает.
Едва держась на ногах, она подходит к месту былого изображения и, застывая, врастает в мозаики. Материализация становится вновь плоскостным изображением. Александр не верит своим глазам.
Начинается пылевая буря, частично засыпающая мозаики.
 
 
Сцена 11
 
Утро. Появляются студенты, в упор не понимающие, чем им теперь заниматься, непредсказуемая природа вроде бы и подбросила им новую работу, поскольку теперь вновь предстоит поднимать засыпанный слой земли, однако никаких указаний ни от Профессора не поступало.
 
Студент первый (открывает «книжечку» археолога)
 
- Вот что хочу сказать! Ни одна конструкция, выявленная в пределах археологического раскопа, не может получить окончательного толкования до тех пор, пока она присыпана и наиболее важные ее части скрыты. Получается, что мы ничего не видели!
 
Студент второй
 
- Получается, не видели!
 
Студент третий
 
- Ничего не видели!
 
Обнявшись, хором напевают на извечный мотив.
 
- С дамами Адама – век от века драма.
Где нам Мону Лизу отыскать?
Все, как Евы, - дуры – никакой культуры!
Лучше слой культурным оставлять! 
 
В скучные минуты Бог создал институты,
Чтоб людей от темноты спасти.
Адам в отвал учился. На Еве не женился… (философски)
Нынче ж Мону Лизу не найти.
 
 Появляется Профессор с перевязанной головою.
 
Профессор
 
- Милые мои ребятки, такова судьба археолога! Это то, что, как говорил какой-то шутник-археолог одной из наших экспедиций: «Отвал идет на нас». Снова копать!
 
 Студенты, видя отчаяние Профессора, молча, начинают работать.
 Однако вновь происходит нечто удивительное: приподнимая слой земли, к всеобщей радости, они обнаруживают, что главная галилейская достопримечательность оказывается на месте! (как в комической опере).
 
Студент первый
 
- Нет! Такое невозможно!
Проходите осторожно!
 
Студент второй
 
- Уж не надо нам искать!
Мона Лиза здесь опять!
 
Студент третий
 
- Словно и не пропадала,
В той же позе, как бывало,
 
Первый студент (приглядываясь к Моне Лизе)
 
- Раз, два – не сплыла!
 
Второй студент
 
- Три-четыре – не зарыли
 
Третий студент
 
- Значит, все ж была она!
 
Хором (смеются, обнимают друг друга)
 
- Мы ж сдурели без вина!
 
 Появляется Профессор с перевязанной головою. Он не понимает, что произошло с участниками экспедиции? Чему они так радуются? Он что-то бурчит, словно сам себе пытается что-то объяснить.
Один из археологов подходит к Профессору, подводит его к месту, где находится Мона Лиза, и знаком показывает на место, где вновь сияет Мона Лиза.
 Видя изображение Моны Лизы на прежнем месте, Профессор, шокированный произошедшим, вновь падает, теряя сознание.  Начинается счастливая суета по приведению в чувства Профессора.
 
Студенты (одновременно гимнически наевают)
 
- О, счастливые мы!
Заповедных мозаик святыня
С нами!
 
Птицей победной радость летит над возрожденным Ципори!
 
Сцена 12
 
 Тишайшая звездная ночь. Звезды очень высоко. Они тусклы и почти не светят.  Александр не спит. Он вновь подходит к месту запечатленной Моны Лизы. Не сводя глаз с ее изображения, он что-то повторяет про себя. (Как психологическая драма).
 
Александр
 
- Прозелень ящерки в глазах-маслинах –
В этих глазах - несбывшийся свет,
И грустью подернут твой рот любимый,
Но любимее губ в этом мире нет!
О, Мона Лиза! О, Мона Лиза! О, Мона Лиза!
Прозелень ящерки в глазах-маслинах. О, Мона Лиза!
 
 Но материализация уже невозможна. Мона Лиза не может подняться с мозаик.
 
Голос Моны Лизы с мозаик
 
1
- Ты никому не говори ни слова,
Чтобы тоску о прошлом заглушить.
С мечтою жизнь обходится сурово.
Но надо жить, любимый, надо жить!
 
Как давит сердце времени базальт!
Мне не сойти уже с проклятых смальт.
 
2
Я мера их, тебя ж без мер люблю я!
С тобою мир перевернулся весь.
А мне хранить лишь память поцелуя…
О, Римский Мастер! Я должна быть здесь!
 
Распятью не дано сойти с креста,
Но горше крест, коль мерой – красота.
 
Александр (жизнь с установкой на романтизм оборачивается трагедией)
 
- О, теорий сухих фолианты,
Нет суровей, чем вы, правоты!
И теряют подпорки атланты
От одной непосильной мечты…
Не по силам могучим атлантам
Иллюзорность прекрасной мечты!
 
Голос Моны Лизы с мозаик (безысходно)
 
- Мечта бессмертна, но она бескрыла,
Хоть люди знать об этом не должны!
И я б не знала, если б не любила,
Да крылья смальтою пригвождены!
 
Но в эту ночь планетного парада (собравшись силами)
Ты должен верить только небесам.
Они тебе подскажут звездопадом
То, что доныне неизвестно нам.
 
Мозаики
 
- Ты должен смотреть на Созвездие влюбленных.
   Смотри! Смотри! Смотри!
 
 Неожиданно высокие звезды обретают яркость и светят, как зажегшиеся лампочки. Их так много, что Александр не сразу отыскивает Созвездие влюбленных. Когда же он его находит, оно вспыхивает, резко обозначаясь на звездном небе крупными звездами, одна из которых в этот момент стремительно падает на землю. Начинается звездопад (сценические эффекты).
 Александр очарован удивительным явлением природы. Однако его любовь к юной римлянке с мозаик, созданных человеческим гением, выше тех ощущений, которые дарит чудо природы (темы Александра, Моны Лизы, разлуки, Мастера).
 
Александр
 
- Прозелень ящерки в глазах-маслинах. О, Мона Лиза!..
 
 С грустью засыпает.
 
Сцена 13
 
Раскопки. Профессора с перевязанной головою заботливо опекают студенты. Неожиданно звонит телефон. Срочная телефонограмма из университета. По программе взаимообмена на практику должны прибыть несколько студентов из России. Они должны прибыть уже сегодня. Студенты тут же шушукаются. Открывают «книжечку» археолога. По очереди читают, активно домысливая и жестикулируя.
 
Студент первый
 
- На раскопках возможно все. День первый: дошли до культурного слоя… Двигаем - отвал.
 
Студент второй
 
- День второй: Приняли. Двигаем - отвал…
 
Студент третий
 
- День третий: появились глюки! Двигаем - отвал… День четвертый: глюки помогают двигать отвал… (в недоумении) Все, как у нас, прописано…
 
Студент первый
 
- День пятый: глюки исчезли: отвал двигается сам…
 
Студент второй
 
- Куда?
 
Студент третий
 
- Как куда? На нас! (разозлившись, захлопывает «книжечку»)
 
Студент первый
 
- А, по-моему, все гораздо приятнее, пока к нам движутся студенты и студентки из России! А «книжечка-то» точно того самого шутника-археолога, о котором как-то упоминал Профессор!
 
 Через некоторое время на джипе приезжают новые студенты-практиканты из России, среди которых одна из студенток удивительно похожа на изображение на мозаиках. Александр не верит своим глазам.
 
Студентка Лиза
 
1
- Археология, романтика моя,
Зеленой ящеркой в нее вползаю я,
Чтоб отыскать истории ключи
К тем звездам, что, как светочи, в ночи.
 
Но я мечтаю ящеркою быть,
Чтоб мир мечты заветной изучить!
Да, этот мир – мой звездный океан,
Он мой родник и он источник ран.
 
Александр узнает в ее словах собственные убеждения. Он вспоминает о ночи звездопада.
 
Александр
 
- Фолианты неслыханных линий!
Ты с мозаик Ципори? Ответь?
 
Студентка Лиза (рассмеявшись)
 
- Из Ципори? Нет, я из России!
Самолетом пришлось мне лететь!
 
Александр
 
- Ты летела?
 
Студентка Лиза
 
- Ну, да, из России.
Чтоб звездою сюда прилететь!
 
Александр (в растерянности, про себя)
 
- Прозелень ящерки в глазах-маслинах –
В этих глазах зажигается свет,
Плещется радость улыбкой невинной
На этих губах, как далекий привет.
О, Мона Лиза! О, Мона Лиза! О, Мона Лиза!
Прозелень ящерки в глазах-маслинах. О, Мона Лиза!
 
Напряженная пауза.
 
2 (подхватывая слова Лизы)
 
О, тайна мирового бытия!
Как звать тебя, о, девочка моя?
Иль Мастер вновь подбросил мне ключи,
Что не от смальт и не от звезд в ночи?
 
Ты, как Она… Но верить нету сил…
Я лишь вчера мечту похоронил…
И все же, кто ты? Имя назови!
Судьба ли, рок?.. Иль торжество любви?
 
Напряженная пауза.
 
Студентка Лиза (с удивлением)
 
- Я – просто Лиза. Я – Елизавета…
 
Александр (словно прожив в одном мгновенье жизнь)
 
- Ты - Мона Лиза моего Завета!
 
 Александр берет Лизу за руку и подводит к Галилейской Моне Лизе. Та одобрительно смотрит на них и подмигивает. Но это видит лишь Александр. А тем временем ночь уже вступила в свои права. Высокие звезды горят, как зажегшиеся лампочки. Но ярче всех сияет Созвездие влюбленных, в котором почему-то недостает одной звездочки, но столь далекой, что этого не заметили даже именитые астрономы. Где уж там обычному люду? Да и звездопад вновь являет свое чудо. Главное, что Галилейская Мона Лиза, как израильтяне любовно называют Афродиту на Ципорских мозаиках, на месте. И напрасно Профессор Еврейского университета так переживал. Мало ли что может произойти на раскопках? Появляются студенты с «книжечкой археолога» и вновь «хохмят».
 
Первый студент
 
- Есть задачка. Если некоему количеству археологов выдать некое соответствующее количество лопат для проведения раскопа, сколько орудий производства возвратиться?
 
Второй студент (почесывая затылок)
 
- Некое соответствующее число минус один.
 то всегда выясняется, что количество необходимых орудий составляет некое число минус
 
Первый студент
 
- Мировой разум! (дает какой-нибудь приз)
 
Третий студент (почти жалобно)
 
- Ну, а если все-таки количество необходимых орудий необъяснимым образом совпадает?
 
Первый студент
 
- Отвечаю. Тогда при возвращении орудий на склад выяснится, что их количество не превышает некое число минус 1.
 
Второй студент
 
- Но сейчас выдадут лопаты еще и вновь приехавшим?
 
Первый студент
 
- Это вопрос дополнительной сложности для новой экспедиции и может решаться как дополнительный культурный слой.
 
Удаляются.
 
 Голос Римского Мастера
 
- В Вавилонском Талмуде сказано:
«И почему сей град зовется Ципори?
Потому что восседает на вершине горы, как птица».
А когда ты чувствуешь себя птицей, ты мечтаешь…
 
Романтики, жаждущие красоты и любви, отчаянно мечтайте! И вам станут по силам ваши мечты!
 
Все герои выходят на сцену.
 
Александр
 
- Мы мечтаем!
 
Студентка Лиза
 
- Мечтаем!
 
Профессор
 
- Мечтаем!
 
Студент первый
 
- Мечтаем!
 
Появляются римляне и иудеи.
 
Каждый
 
- Мечтаем
 
Студент второй
 
- Мечтаем
 
Студент третий
 
- Мечтаем!
 
Все участники хора и балета (каждый)
 
- Мечтаем!
 
Смальтострат
 
- Мечтаем!
 
Мозаики (шепотом)
 
- Мечтаем!
 
Галилейская Мона Лиза (выкрикивает)
 
- Мечтаем!
 
Римский Мастер-мозаичист 
 
- Мечтайте!
 
Яркий свет. Синие птицы Галилеи летят в зал…
 
                                                           Конец
 
 
 
К разделу добавить отзыв
Мои стихи на сайте поэзии Общелит.ру и проза на Общелит.ком                                                                                  Дизайн сайта - Nelly Merlin
Права на все текстовые, фото, видео и аудио материалы принадлежат Галине Подольской. При цитировании ссылка обязательна. Другие авторы